Слава Україні!

Хроническое легочное сердце: взгляд кардиологов

Хроническое легочное сердце: взгляд кардиологов

Распространенность хронических обструктивных заболеваний легких (ХОЗЛ) стремительно растет во всем мире: если в 1990 году они были на двенадцатом месте в структуре заболеваемости, то по прогнозам экспертов ВОЗ, к 2020 году переместятся в первую пятерку после таких патологий, как ишемическая болезнь сердца (ИБС), депрессии, травмы вследствие ДТП и заболевания сосудов головного мозга.

Подготовил Максим Гвоздик

Также прогнозируется, что к 2020 году ХОЗЛ займут третье место в структуре причин смертности. ИБС, артериальная гипертензия и обструктивные заболевания легких довольно часто сочетаются, что порождает целый ряд проблем как в пульмонологии, так и в кардиологии. 30 ноября 2006 года в Институте фтизиатрии и пульмонологии им.Ф.Г.Яновского АМН Украины состоялась научно-практическая конференция «Особенности диагностики и лечения обструктивных заболеваний легких при сопутствующей патологии сердечно-сосудистой системы», в ходе которой большое внимание уделялось общим проблемам кардиологии и пульмонологии.

Екатерина Николаевна АмосоваС докладом «Сердечная недостаточность при хроническом легочном сердце: взгляд кардиолога» выступила член-корреспондент АМН Украины, доктор медицинских наук, профессор Екатерина Николаевна Амосова.

– В современной кардиологии и пульмонологии имеется целый ряд общих проблем, в отношении которых необходимо достичь единого мнения и унифицировать подходы. Одна из них – хроническое легочное сердце. Достаточно сказать, что диссертационные работы по этой тематике одинаково часто защищаются как в кардиологическом, так и в пульмонологическом советах, она входит в перечень проблем, которыми занимаются обе отрасли медицины, но к сожалению, еще не выработано единого подхода к этой патологии. Не стоит забывать о терапевтах широкого профиля и семейных докторах, которым трудно разобраться в разноречивых сведениях и информации, печатающейся в пульмонологической и кардиологической литературе.

Определение хронического легочного сердца в документе ВОЗ датируется 1963 годом. К сожалению, с того времени по этому важному вопросу рекомендации ВОЗ не уточнялись и не переутверждались, что, собственно, и привело к дискуссиям и противоречиям. Сегодня в зарубежной кардиологической литературе практически нет публикаций о хроническом легочном сердце, хотя очень много разговоров о легочной гипертензии, более того, недавно были пересмотрены и утверждены рекомендации Европейского общества кардиологов, касающиеся легочной гипертензии.

В понятие «легочное сердце» входят чрезвычайно разнородные заболевания, они отличаются по этиологии, механизму развития дисфункции миокарда, ее выраженности, имеют различные подходы к лечению. В основе хронического легочного сердца лежат и гипертрофия, и дилатация, и дисфункция правого желудочка, которые, по определению, связаны с легочной гипертензией. Разнородность этих заболеваний еще более очевидна, если рассматривать степень повышения давления в легочной артерии при легочной гипертензии. Кроме того, само ее наличие имеет абсолютно разное значение при различных этиологических факторах хронического легочного сердца. Так, например, при васкулярных формах легочной гипертензии – это основа, требующая лечения, и только снижение легочной гипертензии позволяет улучшить состояние больного; при ХОЗЛ – легочная гипертензия не столь выражена и не нуждается в лечении, о чем свидетельствуют и западные источники. Более того, снижение давления в легочной артерии при ХОЗЛ не приводит к облегчению, а ухудшает состояние пациента, так как происходит снижение оксигенации крови. Таким образом, легочная гипертензия является важным условием для развития хронического легочного сердца, но ее значение не следует абсолютизировать.

Нередко данная патология становится причиной хронической сердечной недостаточности. И если говорить о ней при легочном сердце, то стоит напомнить критерии диагностики сердечной недостаточности (СН), которые отражены в рекомендациях Европейского общества кардиологов. Для постановки диагноза должны быть: во-первых, симптомы и клинические признаки сердечной недостаточности, во-вторых, объективные признаки систолической или диастолической дисфункции миокарда. То есть, наличие дисфункции (изменения функции миокарда в покое) обязательно для постановки диагноза.

Второй вопрос – клиническая симптоматика хронического легочного сердца. В кардиологической аудитории необходимо говорить о том, что отеки не соответствуют факту наличия правожелудочковой недостаточности. К сожалению, кардиологи очень мало осведомлены о роли внесердечных факторов в происхождении клинических признаков венозного застоя в большом круге кровообращения. Отеки у таких больных часто воспринимают, как проявление сердечной недостаточности, ее начинают активно лечить, но безрезультатно. Такая ситуация хорошо известна пульмонологам.

К патогенетическим механизмам развития хронического легочного сердца относят также внесердечные факторы депонирования крови. Конечно, эти факторы имеют значение, однако не стоит их переоценивать и все связывать только с ними. И наконец, мы мало говорим, по-существу, только начали, о роли гиперактивации ренин-ангиотензин-альдостероновой системы и ее значении в развитии отеков и гиперволемии.

Кроме перечисленных факторов, стоит упомянуть и о роли миокардиопатии. В развитии хронического легочного сердца большая роль отводится поражению миокарда не только правого желудочка, но и левого, что происходит под влиянием комплекса факторов, в том числе токсического, который связан с бактериальными агентами, кроме того, это – гипоксический фактор, вызывающий дистрофию миокарда желудочков сердца.

В ходе наших исследований установлено, что корреляция между систолическим давлением в легочной артерии и размерами правого желудочка у больных с хроническим легочным сердцем практически отсутствует. Имеется некоторая корреляция между тяжестью ХОЗЛ и нарушениями функции правого желудочка, в отношении левого желудочка эти различия менее выражены. При анализе систолической функции левого желудочка отмечено ее ухудшение у больных с тяжелыми ХОЗЛ. Сократительную способность миокарда даже левого желудочка корректно оценить чрезвычайно трудно, потому что индексы, которые мы используем в клинической практике, очень грубы и зависят от пре- и постнагрузки.

Что касается показателей диастолической функции правого желудочка, то у всех больных диагностирован гипертрофический тип диастолической дисфункции. Показатели со стороны правого желудочка ожидаемы, а вот со стороны левого мы несколько неожиданно получили признаки нарушения диастолического расслабления, которые нарастали в зависимости от тяжести ХОЗЛ.

Показатели систолической функции желудочков у больных ХОЗЛ и идиопатической легочной гипертензией различны. Безусловно, более выражены изменения в правом желудочке при идиопатической легочной гипертензии, в то же время систолическая функция левого желудочка более изменена при ХОЗЛ, что связано с действием неблагоприятных факторов инфекции и гипоксемии на миокард левого желудочка, и тогда есть смысл говорить о кардиопатии в том широком понимании, которое сегодня присутствует в кардиологии.

В нашем исследовании у всех пациентов зарегистрирован I тип нарушений диастолической функции левого желудочка, пиковые показатели были более выражены в правом желудочке у больных идиопатической легочной гипертензией, диастолические нарушения – у больных ХОЗЛ. Стоит подчеркнуть, что это – относительные показатели, потому что мы учитывали разный возраст пациентов.

Всем больным при ЭхоКГ измеряли диаметр нижней полой вены и определяли степень спадения ее на вдохе. Было установлено, что при умеренных ХОЗЛ диаметр нижней полой вены не увеличен, он возрастал только при выраженных ХОЗЛ, когда ОФВ1 составляет менее 50%. Это позволяет поставить вопрос о том, что не следует абсолютизировать роль внесердечных факторов. В то же время спадение нижней полой вены на вдохе нарушалось уже при умеренном ХОЗЛ (этот показатель отражает повышение давления в левом предсердии).

Также мы провели анализ вариабельности сердечного ритма. Следует отметить, что кардиологи считают уменьшение вариабельности сердечного ритма маркером активации симпатоадреналовой системы, наличия сердечной недостаточности, то есть прогностически неблагоприятным. Мы выявили уменьшение вариабельности при умеренных ХОЗЛ, выраженность которых нарастала в соответствии с обструктивными нарушениями вентиляционной функции легких. Более того, мы выявили достоверную корреляцию между выраженностью нарушения вариабельности сердечного ритма и систолической функцией правого желудочка. Это говорит о том, что вариабельность сердечного ритма при ХОЗЛ появляется довольно рано и может служить маркером поражения миокарда.

При диагностике хронического легочного сердца, особенно у пульмональных больных, необходимо большое внимание уделять инструментальному исследованию дисфункции миокарда. В этом плане самым удобным исследованием в клинической практике является ЭхоКГ, хотя есть и ограничения для ее применения у больных ХОЗЛ, у которых в идеале нужно использовать радионуклидную вентрикулографию правого желудочка, которая сочетает в себе относительно низкую инвазивность и очень высокую точность.

Безусловно, ни для кого не новость, что хроническое легочное сердце при ХОЗЛ и идиопатической легочной гипертензии очень гетерогенно по морфофункциональному состоянию желудочков, по прогнозу и ряду других причин. В существующей европейской классификации СН, которая практически без изменений вошла в документ Украинского общества кардиологов, не отражается различие механизмов развития этого заболевания. Если бы эти классификации были удобны в клинической практике, мы не вели бы дискуссии на эту тему. Нам представляется логичным термин «хроническое легочное сердце» оставить для бронхолегочной патологии, акцентировать – декомпенсированное, субкомпенсированное и компенсированное. Такой подход позволит избежать использования терминов ФК и СН. При сосудистых формах хронического легочного сердца (идиопатической, посттромбоэмболической легочной гипертензии) целесообразно использовать утвержденную градацию СН. Однако нам кажется целесообразным, по аналогии с кардиологической практикой, указывать в диагнозе наличие систолической дисфункции правого желудочка, потому что это имеет значение для хронического легочного сердца, связанного с ХОЗЛ. Если у больного нет дисфункции – это одна ситуация в прогностическом и лечебном планах, если есть – ситуация существенно другая.
Кардиологи Украины уже несколько лет используют при постановке диагноза хронической сердечной недостаточности классификацию Стражеско-Василенко, обязательно указывая при этом, сохранена или снижена систолическая функция левого желудочка. Так почему бы это не использовать в отношении хронического легочного сердца?

Юрий Николаевич Сиренко Доктор медицинских наук, профессор Юрий Николаевич Сиренко посвятил свое выступление особенностям лечения больных ИБС и артериальной гипертензией в сочетании с ХОЗЛ.

– При подготовке к конференции я попытался найти в Интернете ссылки за последние 10 лет на пульмоногенную артериальную гипертензию – нозологию, которая часто фигурировала в СССР. Мне удалось найти примерно 5 тысяч ссылок на артериальную гипертензию при хронических обструктивных заболеваниях легких, однако проблемы пульмоногенной артериальной гипертензии нигде в мире, кроме стран постсоветского пространства, не существует. На сегодняшний день имеется несколько позиций относительно диагностики так называемой пульмоногенной артериальной гипертензии. Разработаны они в начале 1980-х годов, когда появились более-менее достоверные функциональные методы исследования.

Первая позиция – это развитие пульмоногенной артериальной гипертензии через 5-7 лет после возникновения хронического заболевания легких; вторая – связь повышения АД с обострением ХОЗЛ; третья – повышение АД в связи с усилением бронхообструкции; четвертая – при суточном мониторировании выявляется связь между повышением АД и ингаляцией симпатомиметиков; пятая – высокая вариабельность АД на протяжении суток при относительно невысоком его среднем уровне.

Мне удалось найти очень серьезную работу московского академика Е.М. Тареева «Существует ли пульмоногенная артериальная гипертензия?», в которой автор проводит математическую оценку возможной связи вышеперечисленных факторов у пациентов с артериальной гипертензией и ХОЗЛ. И никакой зависимости не найдено! Результаты исследований не подтвердили существования самостоятельной пульмоногенной артериальной гипертензии. Более того, Е.М. Тареев считает, что системную артериальную гипертензию у больных ХОЗЛ следует рассматривать как гипертоническую болезнь.

После такого категорического вывода я просмотрел мировые рекомендации. В современных рекомендациях Европейского общества кардиологов нет ни единой строчки о ХОЗЛ, американские (семь рекомендаций Национального объединенного комитета) тоже ничего не говорят на эту тему. Удалось найти только в американских рекомендациях 1996 года (в шести редакциях) информацию о том, что не стоит применять у больных ХОЗЛ неселективные бета-адреноблокаторы, а если имеется кашель, ингибиторы АПФ заменять на блокаторы ангиотензиновых рецепторов. То есть в мире такой проблемы действительно не существует!

Тогда я пересмотрел статистику. Оказалось, что о пульмоногенной артериальной гипертензии начали говорить после того, как установили, что примерно у 35% больных ХОЗЛ имеется повышенное артериальное давление. Сегодня украинская эпидемиология дает следующие цифры: среди взрослого сельского населения артериальное давление повышено у 35%, городского – у 32%. Мы не можем говорить о том, что ХОЗЛ увеличивает частоту возникновения артериальной гипертензии, поэтому речь должна идти не о пульмоногенной артериальной гипертензии, а о некоторой специфике лечения артериальной гипертензии при ХОЗЛ.

К сожалению, в нашей стране синдромом ночного апноэ, кроме Института фтизиатрии и пульмонологии им. Ф.Г. Яновского АМН Украины, практически нигде не занимаются. Связано это с отсутствием аппаратуры, денег и желания специалистов. А вопрос этот очень важен и представляет собой еще одну проблему, где перекрещиваются кардиальная патология с патологией дыхательных путей и отмечается очень большой процент риска развития сердечно-сосудистых осложнений и смерти. Легочная гипертензия, сердечная и дыхательная недостаточность осложняют и ухудшают течение артериальной гипертензии и самое главное – ухудшают возможности лечения пациентов.

Хотелось бы начать разговор о лечении артериальной гипертензии с простого алгоритма, который для кардиологов и терапевтов является основой. Перед доктором, который встречает больного с гипертензией, встают вопросы: какая форма артериальной гипертензии у больного – первичная или вторичная – и имеются ли признаки поражения органов-мишеней и факторы сердечно-сосудистого риска? Ответив на эти вопросы, доктор знает тактику лечения пациента.

На сегодня нет ни единого рандомизированного клинического исследования, которое было специально организовано для выяснения тактики лечения артериальной гипертензии при ХОЗЛ, поэтому современные рекомендации базируются на трех очень ненадежных факторах: ретроспективный анализ, мнение экспертов и собственный опыт доктора.

С чего нужно начинать лечение? Конечно же, с антигипертензивных препаратов первого ряда. Первая и основная их группа – бета-адреноблокаторы. Много вопросов возникает относительно их селективности, но уже есть препараты с довольно высокой селективностью, подтвержденной в эксперименте и клинике, которые более безопасны, чем препараты, которые мы использовали раньше.

При оценке проходимости дыхательных путей у здоровых людей после приема атенолола установлены ухудшение реакции на сальбутамол и незначительные изменения при приеме более современных препаратов. Хотя, к сожалению, с участием больных такие исследования не проводились, все-таки категорический запрет на применение бета-адреноблокаторов у больных ХОЗЛ нужно снять. Их стоить назначать, если больной хорошо их переносит, желательно применять в лечении артериальной гипертензии, особенно в сочетании с ИБС.

Следующая группа препаратов – антагонисты кальция, они практически идеальны для лечения таких больных, но нужно помнить, что препараты недигидропиридинового ряда (дилтиазем, верапамил) не стоит использовать при повышенном артериальном давлении в системе легочной артерии. Доказано, что они ухудшают течение легочной гипертензии. Остаются дигидропиридины, известно, что они улучшают проходимость бронхов, и благодаря этому могут уменьшить необходимость в использовании бронходилататоров.

На сегодня все эксперты сходятся во мнении, что ингибиторы АПФ не ухудшают проходимости дыхательных путей, не вызывают кашля у пациентов с ХОЗЛ, а если он возникает, больных надо переводить на блокаторы рецепторов ангиотензина. Мы не проводили специальных исследований, но исходя из данных литературы и собственных наблюдений, можно утверждать, что эксперты немного лукавят, поскольку некоторое количество пациентов с ХОЗЛ реагируют сухим кашлем на ингибиторы АПФ, и этому есть серьезное патогенетическое основание.

К сожалению, очень часто можно наблюдать следующую картину: пациент с повышенным давлением идет к кардиологу, ему назначают ингибиторы АПФ; спустя некоторое время пациент начинает кашлять, идет к пульмонологу, который отменяет ингибиторы АПФ, но не назначает блокаторов ангиотензиновых рецепторов. Пациент снова попадает к кардиологу, и все начинается сначала. Причина такого положения в отсутствии контроля за назначениями. Нужно отходить от такой практики, терапевты и кардиологи должны комплексно подходить к лечению больного.

Еще один очень важный момент в лечении пациентов, который позволяет уменьшить возможность возникновения побочных действий, – это использование более низких доз. Современные европейские рекомендации дают право выбора между низкими дозами одного или двух препаратов. Сегодня доказана большая эффективность комбинации разных препаратов, которая влияет на различные звенья патогенеза, взаимоусиливает эффект лекарственных средств. Я считаю, что именно комбинированная терапия для пациентов с ХОЗЛ является выбором в лечении артериальной гипертензии.

Пользователей также интересует